Михаил Угаров: "Любить – труднее, чем воевать" Права на иллюстрацию: okolo.me

Михаил Угаров: "Любить – труднее, чем воевать"

В конце недели состоится премьера спектакля «Маскарад. Маскарад» на сцене Центра им. Мейерхольда. Михаил Угаров — драматург, режиссер, со-основатель движения «новая драма». В рамках режиссерско-драматургического проекта «Мастерская на Беговой» в ЦДР, совместного с Театром.doc, год назад пьеса по мотивам драмы М.Ю. Лермонтова была представлена эскизом будущего спектакля.

Здесь все не случайно — и драматурги-тезки, и имя Вс.Мейерхольда, который ставил обновленный «Маскарад» век назад. И актуализация классики — в 2003 году спектакль «Облом off» в МХТ по пьесе М.Угарова «Смерть Ильи Ильича» (парафраз романа И.А.Гончарова) стал началом расцвета новой драмы и приходом ее на академические сцены.

Автор и режиссер спектакля, поставленного по собственной пьесе, рассказал о том, как нужно понимать нового Арбенина и почему в театре нам не нужно ждать высадки вишневого сада.

— Михаил Юрьевич, как появился замысел пьесы, ставшей лабораторным, а теперь и полноценным спектаклем? Как Вы пришли именно к «Маскараду» Лермонтова?

Трудно сказать, как появляется замысел...

Я прочитал пьесу Лермонтова и у меня появились странные ощущения. У меня есть теория, что книгу не только ты читаешь, но и она тебя. И книга ведь очень меняется. Сколько я читал «Войну и мир» и каждый раз это были разные книги. В течение твоей жизни ты становишься старше, и книга меняется, и поэтому некоторые вещи ты про себя узнаешь новые. Что тебя поразило, а до сих пор не поражало. И мне захотелось зафиксировать этот процесс — как я читал «Маскарад» Лермонтова.

— И когда проходила мастерская по актуализации классики, у Вас уже не было сомнений, и Вы взяли конкретно этот текст?

Да.

— Вы истолковываете образы главных героев заново и более конкретно: Арбенин — «человек войны». Есть ли сегодня шанс у подобного персонажа быть менее предопределенным, но, тем не менее, убедительным психологическим типом?

Конечно, может. Ведь «человек войны» — это не человек, вернувшийся с фронта, он может и в офисе работать. Но, тем не менее, он человек войны, потому что он выживает в любом конфликте, получает адреналин даже от маленькой «схватки». А когда все хорошо, тихо и мирно, человек вдруг скучнеет, теряет интерес к жизни.

Мне кажется, это актуально во все времена и для всех нас. Потому что люди в России, советские люди, безусловно, люди войны.

— То есть стоит понимать даже в бытовом смысле?

Да.

— Что для Вас важно в драме Лермонтова?

Фабулу я всю сохранил, а важна мне загадка героя — Арбенина. Почему он такой? И ведь отгадки у Лермонтова нет...

— А теперь Вы отгадали?

Да. Отгадка в том, что герой — человек войны, который решил пожить мирной жизнью, завел себе приличную молоденькую жену. Но в результате жизнь все равно не складывается, происходит катастрофа, и он возвращается на войну с пониманием того, что он не создан для такой жизни. Потому что любить — труднее, чем воевать. Это ясно каждому человеку.

— Вы, как автор, выступаете в пьесе и как постмодернист, и как «новодрамовец», а, в конечном счете, творите свою особенную вселенную, — что дают Вам как драматургу культурные коды прошлого?

Дело в том, что культурные коды прошлого, литературы девятнадцатого века, например, они те же самые, что и наши — современной драматургии, новой драмы. Они модифицированы, камуфлированы, но, по сути, те же. Они узнаваемы человеком и проживаемы им.

— Как Вы считаете, почему до сих пор, даже после блестящих доказательств обратного, многими ремейки классики в современной драматургии воспринимаются как издевательство над святыней?

Это совершенно естественно. Люди с таким восприятием всегда будут. Здесь не надо возмущаться.

У каждого человека внутри свои проблемы — психологические. И вот его проблемы не совпали с тем, что он видит на сцене. Кто в этом виноват? Театр или человек, неправильно выбравший?

Крики «хватит уродовать классику» естественны. Но классика все равно будет уродоваться. Ведь когда я лежу на диване и читаю, я ее читаю по-своему, понимая не так, как человек времен Лермонтова. Значит, я тоже ее искажаю, «уродую».

Желание сохранить в неприкосновенности — нереально. И тут я всегда себя утешаю тем, что тексты не предаются сожжению, уничтожению. Пожалуйста, есть первоисточник, он жив-здоров и переживет нас.

— Почему сейчас нам (зрителям, читателям 21 века) требуется актуализация классических сюжетов?

Играть на сцене, не актуализируя, невозможно. Еще во времена Островского Малый театр, когда ставил, давал свою трактовку, значит, уже модернизировал. Сейчас меня заботит, что играя классику, ее только формально актуализируют. Одевая современные костюмы, и механически перенося время действия в другие годы, в хрущевские квартиры. А текст остается прежним. То есть используются режиссерские средства. Иногда это бывает очень хорошо, но редко. Мне кажется, что тогда лучше с текстом работать. Делать пьесу по мотивам, вариант...

— Новая драма справляется с этой задачей? Актуализировать классику на достойном уровне и оправдывать зрительское ожидание?

Да, в новой драме это достойное направление и с ожиданиями справляется. Потому что вот на афише написано «Маскарад. Маскарад», фамилия автора — Угаров. Если я нормальный человек, я понимаю, что это не Лермонтов. Это какая-то вариация на тему Лермонтова и я иду с определенным ожиданием. Иначе уже будет моя ошибка, зрителя. И тут ни я не виноват, не театр. Везде же есть указания — название, определение жанра, фамилия автора.

— Почему Вы ставите спектакль по своей пьесе в минималистском духе?

Минималистский дух и есть суть современного театра, театр сейчас идет в этом направлении.

Это живой человек на сцене, который важнее всего на свете — декораций, технических чудес. Ведь технические чудеса можно посмотреть на большом экране. А в театр же зритель за другим идет. И совсем не ждет, что сейчас здесь вишневый сад будет высажен.

| 19 февраля  | Просмотров: 695 | 3


Комментарии

Для того, чтобы оставить комментарии, пожалуйста, представьтесь системе. Если вы зарегистрированы в соцсетях, вы можете использовать ваши учетки и на Чеховеде:


Загрузка
Об авторе:

Читайте также

Связанный материал

Постановки: Персоны:

Поделиться материалом